renardetraisin (renardetraisin) wrote,
renardetraisin
renardetraisin

Category:

О литургических реформах

Конференция в ПСТГУ «Христианский образ и сакральное пространство» прошла вполне успешно.
Публикую по просьбам читателей моего блога фрагмент доклада о.Максима Крижевского
"Литургическое обновление как уничтожение литургического искусства":



..."Стремление «демократизировать литургию» действительно становится знаменем движения, под которым совершаются такие шаги реформы, как удаление алтарной преграды, адаптация литургических языков вплоть до неузнаваемости в них самой Литургии и Евангелия. Мы уже обращали внимание на важность органического единства различных частей литургического пространства для осуществления символической связи молящегося с Первообразом. Это части дополняют друг друга нелинейно, образуя своего рода неравномерные слои символического пространства. Наличие таких слоев, их количество и конфигурация отношения друг к другу, конечно, могут и должны меняться в связи с духовным состоянием самого обращенного к Богу человека. В этой динамике мы отчасти можем видеть продолжающийся в истории кеносис Вечного Бога по отношению к человеческим немощам. Но организация этой символической связи не терпит никогда искусственности.
Иначе образуется связь совершенно другого рода, приводящая человека к самым разным, но совершенно нелитургическим целям. Отец Павел Флоренский называет такую символическую естественность, живую связь предметов церковного искусства реализмом . Позволим себе добавить в это определение анализируемый здесь атрибут – литургический. Литургический реализм – так можно было бы назвать то, особое, символическое единство, которое возникает между Богом и молящимся. В каждое время церковной истории, в каждой конкретной обстановке, этот реализм требует особых форм, особой конфигурации форм, которые соответствовали бы духовному возрасту человека. Такое трансисторическое состояние символа Д.С.Лихачев в «Поэтике древнерусской литературы» - метафора-символ.


Для первых христиан, действительно, не существовало необходимости в алтарной преграде, потому что они еще помнили (даже в нескольких поколениях помнили) Самого Спасителя: Его Лик, Его Голос… Хотя жили они еще по-прежнему ветхозаветными реалиями храмового пространства, которое Бог заповедал Моисею, а оно включало в себя завесу, как важнейшую деталь (Втор 27, 1-19). Но апостол Павел объясняет нам это обстоятельство по отношению к христианской жизни: завеса – это Тело Христово (Евр. 10, 20). Поэтому молитву первых христиан нельзя считать лишенной, не нуждающейся в алтарной преграде. Сам Господь Иисус Христос был иконостасом на первых Литургиях. Преграда алтаря оставалась небольшой столько времени, сколько позволяла духовная память христиан, угасавшая из поколения в поколение, от одного исторического потрясения к другому. И появление высокого иконостаса не столько является частью того уклонения к образной сложности искусства позднего средневековья, как иногда принято объяснять появление, сколько полностью соответствует духовному состоянию христиан своего времени, отзывается на их духовную немощь. Человеку того времени оказалась необходима предметная поддержка, это новый символический слой, которому Бог по человеколюбию Своему попустил существовать в Церкви, чтобы молящийся на Литургии имел возможность, несмотря на ослабевшую веру, видеть перед собой Царство Божие.

Иконостас не просто репрезентует, он дает возможность живого присутствия и участия в Священной истории, кроме того, в него же вписан и внеисторический образец предстояния человека перед Богом – Деисис. Когда человек еще больше слабеет духовно, и «учебник» Деисиса ему становится непонятен, появляется более наглядный образец молитвы – икона «О Тебе радуется…», помещаемая уже в местный ряд, ближе к молящимся, а не для того, чтобы получше скрыть от них пространство алтаря.

Лишение христианина в современном его состоянии всей этой поддержки и руководства литургического искусства неизбежно ведет к духовной катастрофе, и не может быть оправдано никакими правами всеобщего священства.
Ибо не устранены причины, повлекшие за собой возникновение высокого иконостаса, во-первых, и никакое богословие священства мирян не сможет обосновать необходимость для реализации этого духовного статуса человека в храме возможности наблюдать чисто человеческие подробности поведения священнослужителей в алтаре. С чем остается молящийся в данном случае? С собственным ощущением реализованного права не быть отделенным в своей духовной немощи от немощных духовно современных ему священнослужителей. Но таким образом переживание Литургии заменяется просто социально-психологической драмой, в которой оставшееся от церковного искусства выполняет функцию декораций"...
Tags: Православное, вопросы педагогики, иконостас
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments